Большой вечер казахского балета на сцене Мюзик-Холла

8 и 9 июня 2018 года на сцене Мюзик-холла прошли вечера балета Булата Аюханова.

Это не первые танцовщики из Казахстана, с творчеством которых я знакомлюсь. 16 ноября прошлого года я получила огромное удовольствие от гала-концерта труппы «Astana ballet».

Государственный академический театр танца Республики Казахстан был создан в 1967 году. Первоначально он назывался «Ансамбль хореографических миниатюр «Молодой балет Алма-Аты». С момента образования и до сегодняшнего дня Булат Аюханов – его бессменный руководитель, несмотря на то, что скоро ему исполнится  80 лет, при этом сам он танцевал до 75-ти.

Конечно, колоссальные балетные нагрузки на протяжении такого длительного времени не могли не оставить свой след, поэтому приветствует публику он сегодня сидя, и передвигаться может только с посторонней помощью, но всё так же увлечён любимым делом. Юбилей не только у руководителя, но и у коллектива – 50 лет творческой деятельности. Но это возраст «бренда», что касается сегодняшней труппы, на мой взгляд, она неоднородна – есть более опытные танцовщики, и есть новички, которым ещё явно не хватает сценического опыта. В антракте я пообщалась с представителями казахской диаспоры, которые подтвердили мои наблюдения. Оказывается, многие ведущие артисты этой труппы перекочевали в «Astana ballet».

Петербург, точней, Ленинград Булату Аюханову очень дорог. После окончания хореографического училища в Алма-Ате он стажировался у нас в Ленинграде. Здесь он познакомился и подружился с Рудольфом Нуриевым. После окончания стажировки Булат Аюханов вернулся домой, и в 26 лет возглавил Алма-Атинское хореографическое училище, а затем создал свой театр танца, заслуживший высокую репутацию в балетном мире и получивший множество престижных премий.

В первый вечер, 8 июня были представлены «Половецкие танцы у хана Кончака», «Дама с камелиями», «Эпоха благоденствия», «Звуки степи», «Ер-Туран», «Сон Маргариты» и заключительные сцены из «Кармен-сюиты».

Открывали вечер «Половецкие танцы» на музыку Бородина из оперы «Князь Игорь» в постановке Булата Аюханова. Красиво, но, как ни странно, мне не хватило темперамента в исполнении, хотя, «дети степей», казалось бы, должны это чувствовать как родное. К тому же местами не было необходимой синхронности движений.

Затем были представлены заключительные сцены из балета «Дама с камелиями» на музыку Верди, хореография также Булата Аюханова. И опять мне не хватило органики в исполнении. Танцовщики двигались очень старательно. Может быть, именно эта слишком заметная старательность мне немного мешала? Балерина очень явно дотягивает кисть – так нужно, так учили. А хочется видеть движение тела, идущее за движением Души.

Зато в постановках, основанных на народной хореографии – «Эпоха благоденствия», «Звуки степи», «Ер туран» —  танцовщики неподражаемы. Здесь сразу появляется и темперамент, и органика. Есть в этом какая-то древняя природная сила. Хореография Анвары Садыковой мне очень понравилась.

Интересной, на мой взгляд, получилась хореографическая композиция Булата Аюханова «Художник и Лебедь» на музыку Сен-Санса. Движения балерины, изображающей лебедя, появляющегося на картине, следуют за движениями танцовщика-художника.

Затем мы увидели небольшую хореографическую шутку на музыку Прокофьева из «Ромео и Джульетты» – дань памяти Рудольфу Нуриеву. При этом сам «Нуриев» неожиданно появлялся на сцене в образе забавного господина, прогуливающего болонку. Думаю, ему бы такое «творческое хулиганство» понравилось. Молодые танцовщики были естественны в образах подростков из семейств Монтекки и Капулетти.

К сожалению, не могу того же сказать о «Кармен». Казахские балерины миниатюрные, лёгкие, но, оказывается, эта миниатюрность может быть и  минусом, когда невольно возникает образ подростка там, где он неуместен, в частности, в «Кармен-сюите». У меня с «Кармен» сложные отношения – после того, как я посмотрела этот балет в исполнении непревзойдённой Майи Плисецкой, я вряд ли смогу воспринимать в этой роли кого-то другого. Видимо, Майя Михайловна не напрасно сказала: «Кармен умрёт, когда умру я».  Исполнительница роли Кармен в казахской постановке очень старалась, но эта старательность опять-таки, скорей, мешала. Перед глазами всё время возникала неповторимая пластика Плисецкой, её кажущаяся небрежность. Плисецкая не танцевала идеально, при этом танцевала гениально… Ещё, на мой взгляд, в этой постановке  перебор с костюмом персонажа Рок – неудачно выбеленные руки балерины казались несоразмерно огромными, что временами создавало совершенно неуместное в данном случае комичное впечатление.

В завершении первого вечера был представлен балет «Сон Маргариты» на   музыку Игоря Корнелюка в хореографии Гульнары Камаловой. Пожалуй, эта постановка мне понравилась более всего. Инфернальный бал у Воланда, на мой взгляд, удался.

В результате, несмотря на некоторое недоумение по поводу профессионализма некоторых участников труппы, я решила взять билет на следующий вечер.

9 июня в программе были балет «Анна Павлова – лебедь русского балета», хореографическое буриме, посвящённое творчеству Нуриева, и  «Болеро».

Двухактный балет «Анна Павлова», поставленный Булатом Аюхановым на музыку европейских и русских композиторов (Шопен, Минкус, Рубинштейн, Чайковский, Сен-Санс и др.), рассказывает о творчестве знаменитой балерины, совместной работе с Михаилом Фокиным, Вацлавом Нижинским, о «Русских сезонах». Персонажами балета стали Матильда Кшесинская, Тамара Карсавина, Агриппина Ваганова. В завершении, конечно же, знаменитый «Лебедь» на музыку Сен-Санса. Мне очень понравилась Гульнара Камалова в роли Анны Павловой. А вот молодежь и здесь изрядно «накосячила», вплоть до того, что одну балерину партнёр чуть не уронил – слава Богу, что не с высокой поддержки. Как ни странно, все эти технические огрехи не слишком испортили общее впечатление от постановки.

Затем было посвящение Нуриеву – танцовщики напомнили самые известные его партии. Вчерашняя шутка, в которой появляется Нуриев с болонкой, была исполнена другим составом артистов. Честно говоря, первое исполнение мне понравилось больше – не столько по технике исполнения, сколько по эмоциям – там было больше заразительной «хулиганистости».

«Чудила» в этот вечер не только балетная молодежь, но и мюзик-холловская дама, объявляющая номера – после посвящения Нуриеву она торжественно провозгласила окончание спектакля. Народ недоумённо загудел: «А «Болеро»?» Через некоторое время дама опомнилась и объявила антракт. Не иначе, как влияние Булгакова 🙂 .

«Болеро» я ожидала  с некоторой тревогой, поскольку бежаровская хореография в исполнении Плисецкой врезалась в память навсегда. Смогу ли я теперь воспринимать другую интерпретацию? Булат Аюханов поставил совсем другое «Болеро». Если у Бежара «Болеро» с восточным оттенком, совершенно магнетическое, завораживающее, «Болеро» Аюханова – это Испания, коррида. Сравнивать просто не имеет смысла – они совершенно разные. Зрелище получилось красивое, исполнение тоже было на уровне.

Когда идёшь на спектакль государственного академического театра, априори ожидаешь увидеть высокий уровень исполнения. К сожалению, о всей труппе казахского государственного театра этого сейчас не скажешь – молодёжи нужно подтянуться до уровня ведущих танцовщиков. Не везде публика так же доброжелательна, как в Петербурге – могут и помидорами закидать 🙂 .

Но, несмотря ни на что,  в целом эти два вечера оставили хорошее впечатление, и я не жалею, что провела их именно так.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.